В то время, если ты был настоящий меломан, ты запоминал имена продюсеров, музыкантов, и все ПиАр "факты" сопутствующие артиста. Эту информацию можно было легко найти, потому что лэйблы печатали большую ее часть на конвертах пластинок. Мир виниловых долгоиграющих пластинок был той музыкальной индустрией, которую полюбил я и многие управляющие мэнеджеры войны RIAA/ISP (Американская Ассоциация Звукозаписывающей Индустрии). Тот мир, который был построен на зарабатывании денег через культурое влияние в позитивном смысле и предложение доступного продукта. 45ти-минутное произведение разбитое на 10 или 12 песен по 3-4 минуты. Альбом. Сегодня "коллекция пластинок" меломана существует на жестком диске. Очень сложно очищать траву на жестком диске. С появлением компакт-диска артистам пришлось устраивать легальные торги с своими компаниями для того, чтобы увеличить оформление диска и разместить всю информацию, художественную упаковку музыки. Если артист хотел/а чего-то "необычного", то им приходилось платить за "излишки" из своих роялти. Это было жестоко. Частенько новые артисты шли на уступки и соглашались сократить выходную информацию, так как это чуть увеличивало их доход. Со временем потребители тоже перестали ценить оформление дисков, и таким оразом начался этот процесс, где-то около 1984 - снижающаяся спираль потери связи с визуальной репрезентацией артиста. Я знаю, знаю. МТВ приняло эстафету, но большинство согласится со мной в том, что несмотря на то, что МТВ сильно повиляло на продажи дисков в положительном смысле, но отрицательно повиляло на музыку как на вид искусства. Не нужно говорить о том, что сегодня в скачанном мп3 или мп3 потоке образу артиста уделяется еще меньше внимания.

По мере того, как медиум перемещается все более в сторону повсюду доступной жидкой формы, которая присутствует везде и всегда, но менее заметна, он смещается к противоположности по отношению к тому, как музыка существовала в нашей жизни раньше: как переживание прослушивания, само по себе уникальное и отдаленное от обыденных занятий. В жидком будущем, музыка будет повсюду почти всегда, но будем замечать ее все меньше и меньше. Компании высоких технологий толкают "идею о жидком будущем", потому что она отвечает их нуждам: продаже технических устройств и интернет-услуг. Это идет неразрывно с желанием иметь возможность сообщить потребителям, что они могут предоставить доступнсть и мобильность всего чего угодно - легально или нет. Для них поп-музыка это ничто иное, как технология продажи, бесплатная игрушка на дне коробки с кукурузными хлопьями. У звукозаписывающих компаний напротив (и это касается всех компаний по производству контента) цели совсем другие: им нужно продавать музыку как уникальное переживание, что подразумевает контроль прав на изготовление копий и тех каналов, через которые музыку можно услышать и купить. Увязшие в традиционных методах по продаже и контролю - особенно это касается зарабатывания денег на изготовлении музыкальных альбомов - звукозаписывающие компании боролись годами с тем, что компании высоких технологий называют "прогрессом".

Для тех, кто был в этом бизнесе с 80х, будет несложно высказать свои ощущения по поводу того, что говорилось о будущем музыки. Многие продюсеры, авторы, исполнители ценили музыкальный бизнес по тем причинам, которые не кажутся больше релевантными. Очень может быть, что мировая общественность переросла нужду в поп-богах и стадионный рок. Возможно нас ждут сумрачное время поп-индустрии. А пока подобные процессы идут по отношению к другим видам искусства в сферах относящихся к эстетическому обрамлению жизни: Рембрандт на почтовой марке, Пикассо на обоях, Да Винчи на галстуке. Я не сомневаюсь, что где-то когда-то был некий искусствовед публично выступающий против использования Сикстинской Мадонны на плитке в ваннох комнатах. Никто не прислушался. Коммерция пошла дальше. Поп-музыка немного здесь немного отличается, так как вместо рассерженных историков искусства у него есть мэйджоры и сила их лобби, RIAA, бьющиеся за воздух в то время, когда их склады перетекают в публичную общественную собственность через торренты. И я начинаю задумываться было ли все же у Диснея верная идея в 2004 когда они уговорили Конгресс увеличить время копирайта до 99 лет. Возможно Дисней кое-что понимает в искусстве и общественной собственности, чего мы не понимаем. Взгляните на то, что делает общественность с шедеврами, когда ей больше не нужно спрашивать разрешения у их создателей. Шедевры принимают все более нелепые формы до тех пор, пока однажды мы не увидим порнофильм с Микки Маусом и Минни в главных ролях. И даже если наши законы делают возможными такие вещи, значит ли это, что мы как общество будем увеливать на них спрос? Если мы откажемся от поп-музыки как от вида искусства и позволим ей влиться в общественное достояние, то сколько же пройдет времени до тех пор, пока мы не увидим порно фильм с участием героев и песен из мира The Beatles. Как насчет газонокосилки "Джим Морриссон" играющей Light My Fire, протипохмельных таблеток JANIS JOPLIN, помощник бармена "БОНО" смешивающий любимые напитки Сина Файна, календарь "БОБ ДИЛАН" предлагающий глубокомысленные фразы из разных религий на каждый день. За все эти новые "музыкальные продукты" мы должны благодарить компании, которые видят музыку не как вид искусства, но как товар, как соль или соевые бобы. Эти комапнии управляются не музыкантами и уж точно не теми, кто работал с музыкантами на протяжении полувека, финансируя их мечты, откликаясь на их вдохновение, и вступая в бизнес-отношения для вывода результата их тяжелого труда на рынок. Звукозаписывающие компании избиваются прессой с 2001 года. Их обвиняли в непонимании нужд рынка и уворачивания от влияний изменяющихся технологий. Больше всего эта критика звучала из уст технологических компаний и подвластной им прессы. Конечно, все не так четко разбито на черные и белые зоны, как описывают эти критики. Безусловно звукозаписывающие компании капиталисты ищущие удачу. Но кроме этого они борятся за сохранение удивительного компонента своего продукта - музыки: ее способность играть важную роль в нашей культуре; ту, что в прошлом останавливала войны и привлекала внимание к серьезным проблемам. Даже если за этой борьбой лишь жадность (во что я не верю) общество в любом случае в выигрыше. Катится на анти-лэйбловой волне стимулированной техно-компаниями также означает обеспечение себе возможное (если не неизбежное) будущее, где этот медиум сведен к немного большему, чем культурные обои, с которого сорвана большая художественная часть, ее значение и смысл, его социальное сознание. Также это означает дестабилизацию экономики индустрии. Возможно в пользу более лучшей индустрии, но пока результатом стала урезка на лэйблах и персонала, и артистов на 50 процентов. Все это ради того, чтобы люди могли бесплатно раздавать друг другу музыку, не нарушая закон. Стоит ли оно того?

P.S. Орфография и пунктуация - авторские.